Вход на сайт

                            Договор дороже денег

Леонид Гомберг (Израиль)

 

Новое время №40, сентябрь, 1993

 

На земле обетованной, реальность — это чудо.

Найдется ли место в Палестине для двух государств?

 

Заклятые враги на протяжении почти полувека  — израильтяне и палестинцы — впервые достигли согласия. Сбылась крылатая в этом районе мира фраза: «На Ближнем Востоке, чтобы быть реалистом, надо верить в чудеса».

И все же нет мира и сегодня на земле обетованной. И в Израиле, и на оккупированных территориях это соглашение вызвало неоднозначную реакцию. Корреспонденты в Тель-Авиве и в Тунисе, где расположена штаб-квартира ООП, рассказывают о том, как отнеслись к самой возможности мира на Ближнем Востоке два народа, связанных общей судьбой и единой территорией — Палестиной, но разделенных пролитой кровью.

 

Договор дороже денег

Леонид Гомберг (Израиль)

 

Есть в Израиле одно непреложное правило: как только новые репатрианты спускаются с трапа самолета в аэропорту Бен-Гурион, они автоматически становятся гражданами еврейского государства со всеми вытекающими последствиями, в том числе и правом участия в выборах. Представьте: сегодня вы впервые ступили на землю Эрец Исраэль, а завтра идете выбирать. И голос ваш стоит ровно столько же, сколько голос человека, родившегося в Израиле и прожившего здесь всю жизнь.

 

 

В июне 1992 года примерно четыреста тысяч новых репатриантов (около 10 процентов населения страны) погожим утром направились к урнам для голосования. Результаты выборов известны: впервые после пятнадцатилетнего перерыва к власти в стране пришел блок левых сил во главе с Ицхаком Рабином. Большинство «русской» алии отдало свои голоса левому блоку «Авода-Мерец». Большинство, но далеко не все: по некоторым данным, не более 60 процентов от принявших участие в голосовании.

 

 

«Русские» голосуют за левых

 

Израильская пресса тотчас обвинила новых репатриантов во всех смертных грехах: некомпетентности, пристрастию к коммунистической уравниловке...

Но, разумеется, успех левых сил зиждется не только на голосовании в их пользу новых эмигрантов. Они принесли«Авода-Мерец» от силы 5—6 мест в кнессете Израиля. И за это Ицхак Рабин имеет полное основание выразить им сердечное спасибо.

Но это пять-шесть мест. А остальные полсотни? Они-то откуда набежали?

К началу 90-х годов израильское общество было разочаровано недальновидной и нерешительной политикой «ликудовских старцев». Два наболевших вопроса мучили израильтян: как обустроить почти полумиллионнуюалию и как разрубить «вечный» палестинский узел? Ликудовцы оказались не в состоянии разрешить эти проблемы.

Последней каплей, нарушившей баланс общественного терпения, стала «размолвка» с Америкой. Весной 1993 года американский президент Буш окончательно отказал правительству Шамира в предоставлении десятимиллиардных гарантий. Это был конец. Правительство продержалось еще пару месяцев и благополучно почило бозе на ближайших выборах.

 

 

«Арабская Иудея»?

 

Государство Израиль занимает площадь, равную примерно 75 процентам Московской области. И это вместе с контролируемыми территориями. Такова правда о стране, которую некоторые недруги еврейского государства величают чуть ли не сверхдержавой. На самом же деле если Самария будет занята палестинцами, то от побережья в районе Нетания до восточной границы страны окажется всего 18 километров! Если оперировать московскими масштабами, то складывается следующая прелюбопытнейшая картина: вы пьете чай дома где-нибудь на Павелецкой, а в районе ВДНХ разгуливают вооруженные до зубов «крутые ребята» из «Хамаса». Вооруженные не только автоматами, но и ракетами. Согласитесь, что вам в этом случае будет не до смеха...

С точки зрения международного права у еврейского государства нет границ — всего лишь «линии прекращения огня».

В то же время ни с одной из сопредельных стран, кроме Египта, Израиль не подписал мирных договоров. Более того, по сути дела он находится с ними в состоянии войны.

В Израиле проживают лишь немногим более четырех миллионов евреев. И около миллиона арабов. Плюс полтора миллиона арабов на контролируемых территориях. Враждебно относятся к Израилю не только арабские державы, где проживают более 150 миллионов человек. Под боком у Израиля расположен агрессивный Иран, где делами заправляют исламские фундаменталисты. В дипломатическом лексиконе всех этих стран нет даже понятия «Государство Израиль», а есть лишь — «сионистское образование», которое, естественно, при всех условиях и при первой возможности подлежит немедленному уничтожению.

Все эти факты представляют смертельную опасность для жизни еврейского государства. При таком раскладе, казалось бы, любые шаги мирового сообщества по урегулированию ближневосточного конфликта должны быть сделаны лишь с учетом заботы об усилении безопасности Израиля...

Так обстоит дело с моей точки зрения. С точки зрения израильтянина.

Не сомневаюсь, что палестинская позиция будет прямо противоположной. Любой палестинец легко объяснит вам, почему палестинское государство должно находиться именно на Западном берегу Иордана.

Но мне, израильтянину, все же непонятно. Если население Иордании уже сегодня на 70 процентов состоит из так называемых палестинских арабов, значит, с моей точки зрения, палестинское государство уже существует. А палестинец возразит мне, что это обстоятельство ни в коей мере не является  препятствием  на  пути формирования новой государственности: в мире есть немало примеров, когда один народ имеет несколько государственных образований — Китай и Тайвань, Индия и Цейлон, Румыния и Молдова, наконец.

Но почему именно за счет Израиля должен производиться очередной передел территории на Ближнем Востоке? — спрошу я.

А мой воображаемый палестинский оппонент ответит: потому, дескать, что арабы издавна проживали в этих местах...

Но ведь и евреи тоже. Причем по большей части в Иудее и Самарии. Разве не анекдотично звучит — «арабская Иудея»?..

 

 

Главное, чтобы не путался под ногами...

 

Этому спору нет конца и края. В этом, может быть, не было бы и трагедии. Но все словесные перепалки завершались на Ближнем Востоке, как правило, войнами. И, уверен, в начале 90-х годов пролилась бы новая кровь, если бы в мире в этот период не произошли бы крупные геополитические изменения. Главное из них — развал Советской империи.

Когда за многочисленными арабскими режимами во весь свой огромный рост высился могучий Советский Союз, Соединенным Штатам не оставалось ничего иного, как изо всех сил укреплять и поддерживать свой ближневосточный форпост в лице Го-сударства Израиль, единственного в регионе демократического режима, с народом, близким по своему национальному менталитету к западной цивилизации.

Но времена изменились. Сегодня России, а тем более другим странам бывшего Союза мало дела до нужд своих прежних партнеров. Политический вакуум немедленно заполнился. Под давлением «заокеанского дядюшки» за стол переговоров с «сионистским образованием» уселись такие титаны борьбы с сионизмом, как сирийский президент Асад и король Иордании Хусейн.

В этой обстановке Израиль утратил стратегическое значение для своего прежнего «большого друга», что Буш наглядно продемонстрировал во время войны в Заливе, уготовив нам роль бесправного стороннего наблюдателя, между делом получающего увесистые тумаки.

Вот с этим-то израильтяне никак не могут смириться — сегодня Израиль для Америки то же самое, что, допустим, Таиланд или Португалия: живет себе и живет. Главное, чтобы он не портил общую идиллическую картину так называемого «нового мирового порядка», не путался под ногами, когда речь заходит о ближневосточной арабской нефти, и не лез на рожон со своими «непомерными территориальными амбициями».

Такова реальность: прошло около трех лет, как мир стал американским, и всякая здравая политика сегодня не может игнорировать этого (прискорбного? радостного?) обстоятельства.

Впрочем, история чужда эмоций, выбирать не приходится.

 

 

«Связь с террористами» — на благо?

 

Несмотря на истерию ультраправых, Ицхак Шамир скушал-таки невкусную пилюлю войны в Заливе, но поперхнулся на переговорах с арабами, не получил американских финансовых гарантий и в результате потерпел поражение на выборах.

Ицхаку Рабину пришлось быть сговорчивее...               

13 сентября 1993 года состоялось «великое» событие: между Израилем и Организацией освобождения Палестины был подписан исторический документ, витиевато именуемый «Декларацией принципов промежуточного соглашения о самоуправлении».

Согласование документа и его подписание прошли в кратчайшие сроки и выглядели сенсационными. Ведь еще весной этого года за контакты с Арафатом и другими лидерами ООП израильский гражданин могбыть подвергнут судебному преследованию «за связь с террористами». И вот на прямую «связь с террористами» вышли самые высокопоставленные политические лидеры Израиля. И добились ощутимых результатов.

Естественно, что реакция еврейской и арабской общественности на подписание декларации, мягко говоря, неоднозначно: около половины евреев и более половины палестинцев декларацию не поддержали.

Таким образом, первой и самой очевидной реакцией на «историческое событие» стал раскол в израильском обществе, признаки которого намечались с самого начала переговоров.

Что касается меня, то я не сомневаюсь: ближайшим следствием договора станет не прекращение, а, наоборот, усиление террористической деятельности различных исламских группировок. И Арафат тут, как это ни парадоксально, ни при чем: лидер ООП контролирует не более трети всех палестинских сил. Вообще, похоже, что Ясир Арафат был выбран американцами, да и израильтянами для переговоров не потому, что он наиболее влиятелен в палестинском мире, а потому, что более сговорчив.

В результате подписанной декларации стратегическое положение Израиля резко ухудшилось. После передачи палестинцам контроля над Иерихоном «линия прекращения огня» приблизилась к самому Иерусалиму.

 

 

Диктат «человека с ружьем»

 

«Палестинский вопрос» также не продвинулся к своему благополучному разрешению. Прямо на глазах растет конфронтация различных групп и боевых организаций. Исламские фундаменталисты и не думают складывать оружие.

Организация освобождения Палестины и происламские группировки ведут между собой войну, как говорится, не на жизнь, а на смерть — с применением тактического ядерного оружия. В этих условиях солдаты ЦАХАЛа — Армии обороны Израиля — нередко оказываются между воюющими сторонами.

А что произойдет после того, как ЦАХАЛ уйдет из Иерихона и Газы? Образуется «полицейский вакуум» — ведь собственные силы охраны общественного порядка за пару месяцев не сформируешь. На практике это означает массовый произвол «человека с ружьем».

В декларации абсолютно не оговорены экономические аспекты проблемы. Как, интересно, новые палестинские власти намерены завтра кормить своих братьев-палестинцев, занятых сегодня на строительстве, в промышленности и в сельском хозяйстве Израиля? Даже если предположить, что американские миллиарды будут надлежащим образом вложены в инфраструктуру Газы и Иерихона (во что трудно поверить!), пройдут годы прежде чем воз-никнут новые рабочие места. А без этого в регионе будет свирепствовать безработица. И, следовательно, возникнет еще один очаг социальной напряженности.

 

 

Америка диктует условия

 

«Декларация принципов» чрезвычайно выгодна навязавшей себя в качестве верховного арбитра администрации Клинтона: она укрепляет пресловутый «новый мировой порядок», создает предпосылки для обширных американских инвестиций на Ближнем Востоке и, наконец, предоставляет мощные рычаги политического и экономического давления на арабов и израильтян.

Но при чем здесь интересы Израиля? Как могло правительство пойти на значительные территориальные уступки, не имея никаких твердых политических и военных гарантий?

Впрочем, это уже следствие. По сути дела, предмет переговоров с арабами с самого начала был перевернут с ног на голову: не территориальные уступки должны определять мирные гарантии, а, наоборот, лишь получив мирные гарантии, можно обсуждать некоторые территориальные уступки.

Скажите на милость, согласилась бы добровольно огромная Россия на создание еще одного немецкого государства на исконных прусских землях в районе Калининграда (бывшего Кенигсберга)? Нелепый вопрос! А маленький Израиль мировое сообщество призывает пойти на подобный акт самоубийства...

Старая истина «договор дороже денег» обретает на Ближнем Востоке свое буквальное значение: никакими американскими  миллиардами не оценить тот чудовищный урон, который в результате скороспелого и непродуманного соглашения понесут народы Ближнего Востока — и евреи, и арабы.

Больного, выходит, никто и не собирался лечить. Ему даже не думали сделать обезболивающий укол. Больному просто попытались заткнуть рот кляпом, чтобы не сильно кричал. И не портил своим криком настроение врачу. У него и так много других забот. Такова ближневосточная медицина международного сообщества во главе с единственной сегодня супердержавой — Соединенными Штатами.